Учебник: Введение в интерлингвокультурологию

Неравномерное освоение внешнекультурного континуума

 

Неравномерность взаимовлияния языков, асимметричность их воздействия друг на друга в условиях действия принципа языковой экономии объясняет то, что внешние культуры вербализуются (осваиваются) языками неравномерно, по мере возникающих коммуникативных потребностей: «Значений в некотором континууме выделяется столько, сколько подразделений в нем существенны для человеческой практики» (Никитин 1996: 207).

Например, для всех народов еврохристианского региона, в том числе и для англоязычных стран, характерно хорошее знание наследия грекоримской цивилизации. Английским языком неплохо освоены культуры народов Франции, Италии, Испании и Германии, которые входят в пятерку современных культур, более всего знакомых англоязычному миру. Что касается культур многих сотен малочисленных народов, в особенности не являющихся членами ООН, то в справочных изданиях малого объема не всегда встречается даже упоминание наименования этих народов.

В качестве примера можно привести следующее. В работе Cultural

Literacy. What Every American Needs to Know (Hirsch 1987) E.D. Hirsh, Jr. приводит список-приложение What Literate Americans Know объемом в

4900 единиц. Приблизительно 19\% этого списка падает на ксенонимы самых различных культур. Ни одна республика существовавшего в то время Советского Союза, кроме, естественно, России, там не упомянута. Как ни странно, но во внешнекультурный багаж «среднего американца» не входила даже древняя Армения.

 

Коммуникативная доступность ксенонимов

 

Поскольку текст англоязычного описания русской культуры должен быть доступен адресату, первостепенное значение приобретает то, насколько ксенонимы-русизмы, которые вводятся в текст, знакомы рядовому носителю английского языка. Под *коммуникативной доступностью ксенонима будем понимать положение ксенонима в словарном составе языка по отношению к слою общедоступной лексики.

При установлении степени доступности ксенонимов целесообразно обратиться к толковым словарям. Будем учитывать лексикографические данные составителей словарей, а там, где они отсутствуют, приходится проводить самостоятельное изучение отобранного *корпуса аутентичных текстов  АЯМО  (РК).  Как  уже  отмечалось  выше,  чем  меньше  объем

толкового словаря, тем больше вероятность, что вошедший в его словник ксеноним  входит  в  слой  общеупотребительной  лексики.  При  таком подходе с точки зрения коммуникативной доступности ксенонимы можно разделить на следующие группы: базовые и специальные; последние, в свою очередь, делятся на ксенонимы словарные и окказиональные.

К *базовым ксенонимам относятся те наименования специфических элементов  внешних  культур,  которые  вошли  в  слой общеупотребительной лексики языка межкультурного общения (ЯМО).

In 1990s Moscow the remnants of the Soviet intelligentsia liked to talk about expiating guilt (Meier 2004: 43).

В коммуникативном плане базовые ксенонимы для нас интересны тем, что при введении в текст они не нуждаются в пояснении. Базовые ксенонимы, как правило, регистрируются словарями малого объема (70-90 тысяч слов, типа Longman Dictionary of the English Language and Culture или  Oxford  Advanced  Learner’s  Dictionary).  Эти  словари  учебного  типа очень тщательно подходят к составлению словника.

Пласт базовых ксенонимов ЯМО – это совокупность наиболее значимых элементов земной цивилизации, независимо от того, с каким социальным знаком эти элементы – положительным (Mozart, Beethoven, Tchaikovsky) или отрицательным (Spanish Inquisition, GULag, Fascism, Holocaust, pogrom).

Таким образом, для англоязычного описания русской культуры наиболее благоприятным случаем следует считать тот, когда мы имеем дело с базовыми ксенонимами (Russia, Moscow, tsar, samovar, steppe, Cossack, Volga, Tchaikovsky), поскольку они не нуждаются в пояснении (экспликации): In the dining-room, where a samovar steamed on the table ... (Reed: 213).

Базовые ксенонимы составляют меньшинство ксенонимической лексики. Основную долю ксенонимов образуют те, значение которых недоступно среднему носителю языка. Это *специальные ксенонимы, введение в текст которых, как правило, сопровождается пояснением. Их можно разделить на две подгруппы.

К первой подгруппе мы относим специальные ксенонимы, регистрируемые толковыми словарями; будем их называть специальными словарными ксенонимами. Это ксенонимы, регулярно, хотя и не очень часто, появляются в текстах, но их частотность достаточна для лексикографической регистрации. Они обычно имеют устоявшуюся (традиционную) форму, что, впрочем, не исключает сосуществования ксенонимических вариантов, которые также приводятся составителями словарей и энциклопедий в качестве второстепенных наименований. Это, например, ксенонимы-русизмы такого типа: oblast’, starets, Raskol’nik, chernozem (black earth). Обычно ксенонимы этого типа входят в словник словарей большого объема (свыше 90 тысяч слов), включая и знаменитый Oxford English Dictionary (OED).

Ко второй группе специальных ксенонимов относятся *специальные окказиональные ксенонимамы. В отличие от базовых и специальных словарных ксенонимов, регистрируемых толковыми словарями, к окказиональным ксенонимам относятся те языковые единицы, которые в текстах иноязычного описания культуры встречаются так редко, что их не фиксируют даже самые полные толковые словари.

С коммуникативной точки зрения специальные словарные и специальные окказиональные ксенонимы мало отличаются друг от друга, поскольку и те и другие неизвестны рядовому носителю языка и, следовательно,   в   тексте   нуждаются   в   пояснении.   К   недостаткам

окказиональных  ксенонимов  можно  отнести  то,  что  они  недостаточно апробированы практикой межкультурного общения и в силу этого характеризуются низкой стандартизацией: наблюдаются различия в написании, сосуществуют различные варианты наименования одного и того же иноязычного элемента.

 

Ксенонимический изоморфизм

 

Как уже отмечалось выше, на межъязыковом уровне между культуронимами может устанавливаться связь (корреляция). Корреляция может  существовать  между  разноязычными  полионимами,  например: «город»/town; «библиотека»/library (бинарные русско-английские полионимы).

Ксенонимическая корреляция может быть двух типов: первичная и

вторичная. *Первичная корреляция устанавливается между ксенонимом и его  идионимом-прототипом  («степь»  ↔  steppe;  «Россия»  ↔ Russia).

Вторичная  ксенонимическая  корреляция  возникает  на  межъязыковом уровне между ксенонимами двух и более языков, восходящих к общему идиониму-прототипу, например: «Тадж Махал» в русском языке и Taj Mahal  в  английском  языке  имеют  общий  прототип  (согласно  OEED: perhaps corruption of Persian Mumtaz Mahal).

Поскольку один и тот же идионим выступает в качестве прототипа ксенонимов на самых разных языках (например, описание русской культуры на английском, французском, испанском и др. языках), возникающие ксенонимы в большей или меньшей степени соотносимы друг с другом своей формой. Сходство ксенонимов на межъязыковом уровне, этимологически восходящих к одному и тому же идионимупрототипу, мы будем называть ксенонимическим изоморфизмом.

Межъязыковой   изоморфизм   ксенонимов   легко   проследить   на

материале английского, немецкого и русского языков. Причем в случае заимствований мы наблюдаем большее или меньшее сходство формы ксенонимов. Достаточно сравнить ксенонимические варианты русского, английского и немецкого языков:

Александр Македонский = Alexander the Great = Alexander der

Große; минарет = minaret = das Minarett; муссон = monsoon = der Monsun; мечеть = mosque = die Moschée; царь = tsar/ czar = der Zar.

Там,  где  имеет  место  калькирование  (или  гибридные  варианты),

ксенонимы также легко узнаваемы на межъязыковом уровне:

мыс Доброй надежды = Cape of Good Hope = Kap der Guten

Hoffnung; коррида    (бой     быков)            =          corrida/bullfight          =          der       Stierkampf

(=corrida);

Стена плача = Wailing Wall = die Klagemauer.

В принципе эту цепочку можно продолжать бесконечно, например: МОСКВА        =          Moscow            (английский  язык)   ◊          Moskva

(азербайджанский, датский, чешский языки) ◊ Moskou (африкаанс, нидерландский языки) ◊ Moszkva (венгерский язык) ◊ Moscú (испанский язык) ◊ Mosca (итальянский язык) ◊ Moskau (немецкий язык)  ◊  Maskva  (литовский  язык)  ◊  Moskwa  (польский  язык)  ◊

Moskova (финский язык) ◊ Moscou (французский язык)…

Как видим, при всем многообразии отклонений ксенонимических коррелятов от исходного прототипа МОСКВА любой из представленных ксенонимов однозначно ассоциируется с именем столицы России, будучи в большей или меньшей степени прозрачным («транспорантным») по форме. Ксенонимический изоморфизм значительно облегчает узнавание и понимание ксенонимов «третьих культур». Например, англоязычный ксеноним-русизм tsar и его немецкоязычный аналог Zar естественным образом ассоциируются с русским идионимом-прототипом «царь», хотя, безусловно, и в том и другом случае нужно достаточное знание всех задействованных в этой межкультурно-языковой ситуации языков. Ксенонимы  болеро,  венецианцы,  самураи,  Великая  китайская  стена, Тадж Махал, фараон, Карфаген гарантируют легкое узнавание соответствующих англоязычных ксенонимов: bolero, Venetians, samurais, Great Chinese Wall, Taj Mahal, pharaoh, Carthage.

Ксенонимический изоморфизм отражает их интернационализм и облегчает межкультурное общение.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 |