Учебник: Введение в интерлингвокультурологию

Чередование альтернативных ксенонимических вариантов

 

Сосуществование двух и более вариантов наименования одного и того же    элемента         внешней            культуры        позволяют чередовать эти альтернативные варианты чисто в стилистических целях. Выше мы уже видели в тексте о Киевской Руси чередование заимствованного ксенонима skomorokhi и параллельно подключённого аналога (wandering) minstrels.

В принципе  параллельно  подключёнными  оказываются  три  номинации:

(1) the skomorokhi; (2) wandering minstrels; (3) court buffoons. Реально в тексте используется лишь вторая в качестве альтернативного наименования, но автор мог бы использовать и третью.

Приемом        альтернативного       чередования   номинаций    постоянно

пользуются авторы, поскольку он позволяет стилистически варьировать построение текста. Вот, например, письмо в редакцию журнала:

Dear Sir:

My wife and I are not only Dekabristy buffs, but we have visited the site portrayed in your article. […] We found a major part of Eastern Siberia – including the sites of Decembrists exile – handsome terrain, much like New England (Smithsonian Aug 1991).

Здесь   при      упоминании  декабристов   используется  сначала

заимствование (кстати, как ни странно, в Большом Оксфордском словаре это базовое слово), а потом – калька.

В  статье  о  земском  соборе  Encyclopaedia  Britannica  в  качестве опорной номинации использует  заимствование  zemsky sobor, в скобках

приводит кальку и лишь затем приводит развернутое пояснение:

zemsky sobor: ("assembly of the land"), in 16thand 17th-century

Russia, an advisory assembly convened by the tsar or the highest civil authority in power whenever necessary (EncBr).

 

Характерно, что в дальнейшем тексте автор ограничивается лишь компонентом кальки, словом assembly, чередуя его с заимствованием:

Zemskie sobory were first called by Ivan IV the Terrible, and the assemblies met often during his reign; the most important one (1566) considered the Livonian War against Poland. After a zemsky sobor confirmed the accession of Fyodor I in 1584, none was called until the

assembly that elected Boris Godunov tsar in 1598. During the Time of

Troubles (1598-1613), the assemblies were again convened frequently and were highly influential; the zemsky sobor that assembled in 1613 elected Michael Romanov tsar. Several others subsequently assisted with internal reforms, but after 1622 the zemsky sobor declined in importance; the last one was convened in 1653 (EncBr).

 

Насыщенность текста специальными ксенонимами

 

Конечно, построение текста во многом зависит от его жанра, от конкретной установки и индивидуальности автора. Введение в текст специальных  ксенонимов,  непонятных  рядовому  читателю  и нуждающихся в пояснении, неизбежно усложняет текст. Естественно, наиболее насыщены специальными ксенонимами научные тексты. В этом нетрудно убедиться, познакомившись еще с двумя отрывками. Первый отрывок – из статьи русиста-историка США Даниэля Кайзера, второй из Encyclopaedia Britannica:

(1) Mikhail Bogoslovskii’s Zemskoe samoupravlenie na russkom severe v XVII v. became central to any subsequent history of the North, and Aleksandr Kizevetter’s Russkii Sever: rol’ severnogo kraia evropeiskoi Rossii v istorii russkogo gosudarstva, though hardly more

than  a  booklet,  pointed  to  important  historical  connections  between

central  Russia  and  the  North.  Sergei  Platonov’s  Proshloe  russkogo Severa: Ocherki po istorii kolonizatsii Pomor’ia drew attention to the important  role  that  population  movements  had  played  in  making  the North. (Kaizer 2007: 68).

(2)  The  Vsesoyuznyi  Gosudarstvenyi  Institut  Kinematografii (VGIK; "All-Union State Institute of Cinematography") was the first such school in the world and is still among the most respected. Initially, it trained people in the production of agitki, existing newsreels reedited for the purpose of agitation and propaganda (agitprop). The agitki were transported on specially equipped agit-trains and agit-steamers to the provinces, where they were exhibited to generate support for the Revolution (EncBr).

В отдельных случаях научные тексты приобретают просто эзотерический характер и способны отпугнуть рядового читателя, например, этот отрывок из статьи британского «советологического» журнала:

The category 'workers by occupation' (rabochie po rodu zanyatii) includes landless peasants and 'agricultural workers' (batraki i sel'skokhozyaistvennye rabochie), minor service personnel in production (mladshii obsluzhivayushchii personal na proizvodstve), and other wage workers (prochie nayomnye rabochie), as well as transport workers (transportnye rabochie) and factory workers (fabrichno-zavodskie rabochie). The category 'production workers' (rabochie ot proizvodstva) to which the decree refers includes all of the above except 'landless peasants  and  agricultural  workers'  (Soviet  Studies,  1983,  vol.  XXXV, No.4, pp.505-6).

Впрочем, это специальный журнал, в котором русисты обсуждают только им известные проблемы. В целом же анализ текстов англоязычного описания культуры показывает, что отрывки с большим скоплением специальных  ксенонимов  редки,  хотя  включение  специальных ксенонимов наблюдается иногда даже в популярных текстах. Например, приводимый ниже отрывок – это комментарий к фотографии в богато иллюстрированной книге о традиционном русском жилье:

Russian cities comprised not only palaces and tenements, but substantial  houses  built  of  wood  and  stone.  A  specific  vocabulary

identified the different types of dwellings. Most basic was the dvor, a wooden house more capacious than the izba, or "peasant cottage," but still

distinctly         modest,           even     rude.    Khoromy         described         a          larger   house constructed of wood and closer to a mansion, while a house of similar size made of brick or stone and inhabited by a member of the nobility was called palaty, or "chambers." The now standard word for house, dom, was used for the masonry houses of prosperous merchants. Varied as these residences were, stylistically they all had much in common with the izba, built upon a half-story, sporting extravagant ornamentation, and laid out in the characteristic pattern of add-ons (Gaynor, Haavisto 1994: caption). Как видим, короткий текст (131 слово) содержит шесть неосвоенных

(на это указывает выделение курсивом) ксенонимов-русизмов – dvor, izba, khoromy, palaty, dom, izba. Ср.:

Women of the street-trading, artisan, and peasant classes – baby, zhenki and devki, as opposed to damy and devitsy – had never been confined to the terem (Hughes L. Sophia. Regent of Russia. 1657-1704. Yale Un. Press. 1990: 195).

Чрезмерное    насыщение     популярных   текстов           специальными

ксенонимами-заимствованиями встречается редко. Чаще всего автор при этом стремится достичь какого-либо стилистического эффекта:

We  sent  for  the  starosta.  He was  an  old,  white  bearded  mujik

dressed            in         an        armiak of         embroidered    velvet, which  gave     him  an

 

appearance as of an old Boyar, or Russian nobleman, come down in life... (Newby 1978: 149).

Базовые ксенонимы понятны рядовому читателю и поэтому не нуждаются в пояснении:

In the traditional Russian bylina, or folk epic, a dashing warrior in shining  armor  rescues  the  good  Czar  from  the  evil  influence  of  his

scheming boyars (Time 01 Jan 1996; the opening line).

Объяснение (экспликация) значения может принимать различные формы и зависит в первую очередь от сложности значения. Последнее имеет три вида. В первом случае это «микрозначение», которое в классическом виде представлено в дефинициях толковых словарей. (О них мы уже говорили выше при знакомстве с описательными оборотами.) Вот ещё один пример словарного толкования посредством классической дефиниции:

(EncBrDic) boyar also bo.yard n [Russ boyarin] (1591): a member of a Russian aristocratic order next in rank below the ruling princes until its abolition by Peter the Great <21 words>

Словарная дефиниция – это словосочетание, которое может использоваться в качестве потенциального субститута толкуемого слова.

Значение распадается на компоненты, и точность дефиниции зависит как от её протяжённости, так и от включения в неё коммуникативно значимых компонентов.

Описательные обороты, не говоря уже об односложных пояснениях, далеко не всегда дают полное представление о значении ксенонима. Обратимся к конкретным примерам пояснения ксенонима boyar:

1. Yet what really brought about Nikon's downfall was the hostility of the tsar's family and the powerful boyar (aristocratic) families, who

resented the high-handed manner in which he exercised authority in the tsar's absence (EncBr: Nikon) <1>

2.  [Andrew  Bogolyubsky]  also  tried  to  reduce  the  traditional

political  powers  of  the  boyars  (i.e.,  the  upper  nobility)  within  his hereditary lands (EncBr: Andrew) <2>

3. In 1690 he was made a boyar (next in rank to the ruling princes) and subsequently was closely associated with the major achievements of the early period of Peter's reign… (EncBr: Golitsyn B.A.) <7>

4. When Golovin returned to Moscow, he was rewarded with the rank of boyar (next in rank below the ruling princes) by Peter, who had displaced Sophia in 1689 (EncBr: Golovin F.A.) <7>

5. …in 1565 Ivan IV’s morbid suspicion of all those around him, especially the boyars (representatives of the titled and non-titled senior nobility  and  aristocracy),  caused  him  to  divide  the  country  into  two parts… (CamEnc 1994: 79) <10>

 

Как видим, авторы различным образом поясняют незнакомое читателю  слово.  В  первом  примере  это  всего  лишь  одно  слово,  во втором – словосочетание из двух слов; в третьем и четвёртом примерах – по семь слов, а словосочетание в последнем примере состоит из десяти слов.  Между  тем  приведённая  выше  словарная  дефиниция  включает  в себя 21 слово, то есть наиболее полно эксплицирует значение.

Второй вид экспликации значения – это мини-значение или энциклопедическое расширение. Мини-значение представлено в энциклопедиях и энциклопедических словарях, при этом протяженность мини-значения    может    значительно    колебаться    в    зависимости    от

значимости толкуемого слова и объёма справочного издания.

Мини-значение    ксенонима    boyar    в    Encyclopedia    Britannica

представлено 408 словами. Причем оно открывется также краткой дефиницией: member of the upper stratum of medieval Russian society and

state administration (12 слов), а далее идёт более подробное объяснение значения, из которого мы приводим лишь первый абзац (их четыре различной протяженности):

In Kievan Rus during the 10th-12th century, the boyars constituted

the  senior  group  in  the  prince's  retinue  (druzhina)  and  occupied  the higher posts in the armed forces and in the civil administration. They also formed a boyar council, or duma, which advised the prince in important

matters  of  state.  In  the  13th  and  14th  centuries,  in  the  northeastern

Russian principalities, the boyars were a privileged class of rich landowners;  they  served  the  prince  as  his  aides  and  councillors  but retained the right to leave his service and enter that of another prince

without losing their estates (EncBr).

К мини-значениям прибегают и в текстах языка вторичной культурной ориентации:

…the  zeks,  the  prisoners  who  suffered  in  Stalin’s  labor  camps.

«Zek» was camp slang, a word that grew out of the Gulag architects’

bureaucratic shorthand; z/k stood for zaklyuchennyi, a prisoner (Meier

2004: 44).

Словосочетание дефинитивного типа представлено уже в первом предложении (the prisoners who suffered in Stalin’s labor camps). Однако

автор считает нужным за рамками предложения расширить толкование значения.

И наконец, самый полный вид значения – макрозначение, которое включает  в  себя  весь  объём  знаний  человечества  о  данном  объекте.

Очевидно, что макрозначение не может быть представлено в достаточно конечном тексте и может интересовать нас чисто теоретически.

В реальных текстах, как мы видели выше, экпликация обычно ограничивается одним словом, гиперонимом, или аналогом, или более или менее протяжённым словосочетанием. Впрочем, иногда авторы выходят за рамки одного предложения. Так, H. Smith в своей книге The Russians неоднократно  обращается  к  теме  dacha  (26б  49б  52б  53-63  и  далее). А глава   третья,   озаглавленная   Living   Na   Levo,   собственно   целиком посвящена ксенониму na levo, то есть жизнь не по закону.

 

Затекстовые пояснения

 

Характерной особенностью западных англоязычных описаний русской культуры как научного, так и научно-популярного стиля следует считать  широкое использование разнообразных способов *затекстового комментария. Пояснения в помощь читателю могут быть даны и во вступительной части, и в виде многочисленных приложений.

Во  вступительной  части  к  популярной  книге  Natasha’s  Dance. A Cultural  History  of  Russia  ее  автор,  Orlando  Figes,  кратко  объясняет написание географических названий, русских имен и дат (в связи с различиями Юлианского и Григорианского календарей). В обширном приложении дается подробная таблица исторической хронологии, рекомендуется  литература  для  дополнительного  чтения  (‘A  Guide  to Further Reading’) и практически обязательный для большинства книг этого рода *Index, с помощью которого читатель может найти непонятный ему ксеноним с указанием страницы первого употребления, где он обычно поясняется. Очень часто разъясняется петровская Табель о рангах.

Джон Рид в начале своего репортажа (Preface) сжато описывает общую обстановку в России в канун Октябрьской революции. Далее, в разделе Notes and Explanations, автор дает разъяснения в отношении многочисленных партий, особенностях ведения парламентских заседаний (Parliamentary      Procedure),      описывает      различные      общественные организации,  а  также  объясняет  свой  подход  к  латинизации  русизмов. В приложениях (Appendixes) Джон Рид включает дополнительно целый ряд документальных текстов.

Показательно, что, когда в России вышел перевод книги Massie R.K. Nicholas  and  Alexandra  о  последнем  русском  императоре  (Р. Масси. Николай и Александра. – Петрозаводск/С.-Петербург, пер. В.В. Кузнецов, 1995), в котором переводчик В.В. Кузнецов (а может, издатель?) опустил все  приложения,  Suzanne  Massie  (жена  автора)  поместила  в  начале русского издания в Библиотеке Голицына (СПб.) резкую критику такого самоуправства, обвинив переводчика в нарушении авторских прав.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 |